Андрей Сашин призвал написать моё выступление на закрытии сезона 06.04.2024 в Володькино. У Сергея Егоровича просил 10 минут на выступление, дал только 5, текст будет подробней. Придя летом 2022, обнаруживаю не группу походов выходного дня в традиционном понимании, а некое движение, явление имени Дмитриева. Упоминание его конечно уместно и к месту, это правильно и справедливо. Наверное многие Дмитриева представляют неким суперменом. Он был далеко не спортивным. Турист был ещё тот. Например, не признавал походы с ночлегом в выходные: разумней переночевать дома, на следующий день продолжить. Носил большой абалаковский рюкзак с необходимым лыжным ремнабором, с котлами на всю малочисленную тогда группу. Превосходно знал Подмосковье. Предпочитал даже зимой останавливаться у воды. Кладезь маршрутов, искусный разработчик новых, всевозможных их нюансов, виртуоз первопрохождений, разумный авантюрист в этом смысле. В группе Сафронова раковскую просеку называли меридианом Дмитриева. Для реализации его ИДЕЙ требовались молодые спортивные силы. В головке тропильщиков, пусть в её конце, должен быть толково ориентирующийся. Дмитриев не успевал, если и появлялись один два сильных, порой бестолковых, портящих нитку маршрута. К 80-м годам малочисленная группа Дмитриева была буквально беременна необходимостью своего расширения. Произошёл же, как видим, демографический взрыв.
В своё время оказался невольным свидетелем врезавшегося в память момента самого начала расширения, буквально вспышки, эмоционального всплеска, происходившего в конкретный день и час.
Итак. Конец 80-х, не позже 91 года. Зимний сезон в разгаре. Конец января, начало февраля, воскресное утро (с субботой не спутаешь). Морозки, вверх, подъём, на Запад. После Пенсионера (дачного посёлка) не ходили направо к высоковольтке, была параллельная западная просека, приводящая к карьеру в районе Дьяково. Незабываемая картина. Лёгкий морозец, голубое небо, ни облачка, на насте (природа тогда бывала капризной) ослепительной белизны пушок сантиметров на 5. Слева стена леса, справа обрыв карьера, вдоль которого лыжня и ... Стрелка.
И вот тот самый момент. Вместо привычных С и D дерзкая вызывающая аббревиатура ШАНС, четыре имени - четыре человека. В то время что только не прочитаешь на снегу (мобильников не было), но каждый раз присутствовала логика, необходимость указать направление, время и даже нечто другое. Здесь же ни перекрёстков, ни развилок. Участники смаковали находку, фонема то как кстати, ко времени. На относительно коротком отрезке это повторялось несколько раз, видимо отметился каждый и каждый раз при отсутствии в необходимости стрелки.
По средним буквам определил двоих, затем последнего, после чего совсем просто вычисляется и первый. Редкое мужское имя на букву Шэ. Если просить угадать, назовут Шефа. Но на тот момент уважаемый, простите, глубокоуважаемый настоящим титулом ещё не обладал. Вскорости в этой четвёрке ему дадут столь почётное звание, кто из двух средних, не знаю, но свойственно одному и другой. Назовём их. Первый, Шурик Айвазян, затем Антон, Антон Львович Нестеров, Нина, Нина Васильевна Банникова на тот момент, последний многоуважаемый Сергей Егорович Булычев.
В 90-е молодая энергичная четвёрка давала основной (я считаю) вклад в выполнение маршрутов, не говоря уж о формировании здоровой атмосферы в группе. У Дмитриева глазки загорелись, понял, кого-то из них нужно привлекать в руководство. Не совсем же юных, жребий выпал на их шефа. Серёга готовился к субботам, всегда мог сказать куда и сколько осталось по курвиметру. Фотографированием тогда ещё не раздражал. Идеи Дмитриева стали реализовываться. На 90-е приходится пик роста популярности группы, её стали замечать аристократы от туризма, Марина Галкина, Саша Зайцев, горные туристы. Обычно благодаря последним в тренировочных группах походов выходного дня формировалась критическая масса, поддерживающая необходимый состав каждую субботу.
Из трёх последних кто-то стал звездой, кто-то легендой, кто-то вот всеми уважаемым. Шурик Айвазян как бы в тени славы этой тройки, хотя во многом благодаря ему четвёрка реализовала себя в группе Дмитриева как детонатор демографического взрыва. У Шурика было жильё в Туристе, с сараями, с бураном. Последний был важен для небольшой пусть и растущей группы. (Только в конце 90-х попрёт мех-мат, особенно 57 школа, после чего группа Дмитриева станет многочисленной, необходимость в буране отпадёт, да и Шурик от него устанет.) Подозреваю, накануне представляемой здесь эмоциональной вспышки тройка ночевала как раз у него, иначе в то знаменательное утро ехал бы с ними в электричке. Антон базой Шурика пользовался постоянно, на старт сотни 2002 года в Морозки приезжал из Туриста.
Оговорюсь, что сказанное исключительно мой взгляд на историю, основанный, как часто говорят, на реальных близких дорогих незабываемых событиях. Мало ли имён и фактов, кто что сделал и что как повлияло. Например, женская благожелательность, характерная для дмитриевских. Это не комплимент, такое не везде и не всегда.
Закончу двумя эпизодами 2023 года. Под Тарусой пеняю Сергею Егоровичу, что не проконтролировал переплыв Оки, ты ж руководитель. В сердцах отвечает: я для них не руководитель, шеф. Серёга, это высокое звание, оно вплетено многими узлами в корни истории группы Дмитриева. Второй случай осенью на маршруте к водопаду Радужный. Привал на высоком берегу Протвы. Шеф остановился не на флагманском костре. Будет так себя везти, переизберём. Шутливая фраза покоробила. Его никто не выбирал. Он может только отречься. Его Дмитриев благословил.